Главная Архив номеров N-17 декабря 2007 Облик и место перспективного морского минного оружия
 

Авторизация



Облик и место перспективного морского минного оружия Печать

Капитан 1 ранга в отставке, ПОЛЕНИН В.И., д.в.н., профессор. Капитан 1 ранга в отставке БЫСТРОВ Б.В.,д.в.н., доцент.

ОТ РЕДАКЦИИ. Как и было объявлено в прошлом спецвыпуске «Оборонный заказ», 25-26 октября в Санкт-Петербурге состоялась научно-практическая конференция «Морское минное оружие России - 200 лет на службе флота и Отечества», организованная концерном «Гидроприбор» при информационной поддержке «Морской газеты». В этом номере вниманию читателей предлагаются две статьи на основе конференционных докладов.
В первой из них рассматривается актуальнейший аспект содействия системой морского минного оружия силам флота при решении задачи сдерживания агрессии с морских направлений на стратегическом и оперативно-тактическом уровне.

 

Общепонятно, что строительство флота ведется при напряжении всех сил и при использовании всех возможностей государства. Понятно, что при такой напряженной программе выделение дополнительных ресурсов на различные НИОКР по созданию новых комплексов и образцов вооружения порой оценивается как недопустимое расточительство и распыление средств.
Принимая эти выводы, позволительно все же в юбилейную дату морского минного оружия отвлечься от жестких ограничений и догм, и взглянуть чисто теоретически, каким еще путем можно было бы повысить военную безопасность России от агрессии с морских направлений на длительную перспективу, используя особенности и национальный характер минного оружия. Как можно представить себе облик будущей минной системы?
Не скатываясь на рельсы утопического плана, рассмотрим возможные альтернативы в интервале от приземленной программы-минимум, которую можно выполнить гарантированно, до прогностической идеи-максимум, которая может оказаться недоступной, но привлекательной, а в будущем - и путеводной.
Вторая идея подхода к оценке облика и места морского минного оружия состоит в том, чтобы пойти не традиционным путем анализа через историческую эволюцию развития и применения минного оружия, а исключительно исходя из самого широкого взгляда на модель военного противостояния России и ее потенциальных противников, и должную систему обороны с морских и океанских направлений. Будем решать эти вопросы на уровне принципов.
Зададимся простыми и очевидными вопросами.
Первый вопрос: каков характер морей, водных акваторий, омывающих берега России, в которых действует ВМФ? Ответ очевиден: Черное, Балтийское, Охотское, Каспийское моря, да и в определенной степени Баренцево море, объединяемые понятием ближней морской зоны, являются сугубо внутренними, внутриконтинентальными, доступными однако не только для своих сил, но и для соседей. Любая часть этих морей достижима для современных ракетных комплексов континентального базирования, расположенных на побережье России. Отсюда следует первоначальный вывод о том, что России, как континентальной стране, желательно было бы иметь некую подобную оборонительную ракетную систему вооружения континентального базирования, способствующую выполнению оборонительных задач силами флота.
Второй вопрос, на который можно найти серию совпадающих ответов и в Интернете, и в специальной прессе: если Россия только начинает создавать флот XXI века, то каковы состав и характер ВМС стран - потенциальных противников России? Ответ такой: эти страны уже сегодня имеют флоты, по нашим понятиям XXI века, флоты, достаточные по боевому потенциалу, силы которых постоянно развернуты в передовые районы и находятся в режиме полной боевой готовности. Не будет никакого «угрожаемого периода», никакого предварительного развертывания группировок. Существует возможность нанесения удара без срока, без конкретной даты, в любой момент.
Активно обсуждаемая американская концепция «Единая перспектива - 2010» уже своим названием говорит и о возможных сроках нанесения такого удара.

Третий вопрос: достижимо ли для России, с учетом различия военных бюджетов, например, США и России (рис. 1), на порядок и более, следуя путем строительства традиционного сбалансированного флота, в обозримой перспективе достичь состояния паритета? Ответ очевиден.
Вопрос четвертый и последний: ну и что, все так безнадежно? Нет, конечно, не безнадежно. И вот почему.
Во-первых, нужно стремиться не к паритету, а к сдерживанию. Паритет и сдерживание - концепции совершенно разные. Основы теории сдерживания Лиддела Гарта свидетельствуют о том, что слабейшая сторона способна сдержать агрессию, если обладает средством, придающим сознание безопасности даже в условиях значительного численного превосходства противника. Иными словами, на современный лад, им является неядерное средство нанесения неприемлемого ущерба. И какое же средство угадывается за этим определением? Может быть, есть и другие, но морское минное оружие угадывается точно.
Во-вторых, известен закон развития великой Природы, который должен стать для нас принципом: если одна из противоборствующих сторон неминуемо проигрывает, то выход из катастрофы состоит в отказе от прямого противоборства, от стратегии сокрушения, и переходе к стратегии измора, в переходе от борьбы между группировками сил к непрямым действиям с применением оружия и средств, которыми противник либо не располагает, либо не в состоянии их применять. И какое оружие, какие средства здесь опять угадываются? Очевидно это снова - морское минное оружие. Действительно, в интересах ли ударных группировок противника, действующих против берега, применять минное оружие в районах своего будущего господства? Хотя минное оружие - и оборонительное, и наступательное оружие, все же оборонительная функция минному заграждению более свойственна как постоянно действующему средству.
И чем раньше мы осознаем то обстоятельство, что морское минное оружие (если существует возможность его превентивного применения), в силу длительности его воздействия способно придать сознание безопасности даже в условиях значительного численного превосходства противника, тем легче выйдем из труднейшего положения. Ставшее традиционным, положение России как страны, в строительстве флота постоянно находящейся в роли отстающей и догоняющей, может быть решительно изменено путем упреждающего перехода к непрямым военным действиям.
Главные условия целесообразности и привлекательности непрямых действий в сдерживании агрессии состоят в их экономической и военно-технической доступности, а также в наличии оперативного эффекта. Не следует отказываться от развернутой кораблестроительной программы на перспективу. Но следует дополнить ее так, чтобы создать условия сдерживания агрессии уже завтра.
Эти условия выполняются, если в состав ударной системы ВМФ включить морскую минную систему морского и континентального базирования, транспортного и дистанционного минирования (рис. 2).

Что здесь нового и особенного?
Новое и приземленное, в соответствии с программой-минимум, состоит в том, что должна быть создана или получить скачок в развитии традиционная морская минная система морского (корабельного и авиационного) базирования и транспортного (корабельного и авиационного) минирования. Она должна ориентироваться на запасы морского минного оружия, созданные к настоящему времени и способные служить еще много лет. Она должна опираться на экономически и военно-технически доступную обязательную целевую ориентацию вновь строящихся кораблей и самолетов на выполнение минных постановок и на привлечение к минным постановкам судов гражданских ведомств.

Новое и перспективное, в соответствии с идеей-максимум, состоит в дополнении традиционной морской минной системы новым компонентом - перспективной ракетной системой дистанционного минирования (РСДМ). Подобно тому, как мировое строительство и применение летательных аппаратов все более склоняется к беспилотным средствам, так и ракетная система дистанционного минирования ориентируется на отказ от весьма затратного по средствам, трудоемкого и проблематичного по боевой устойчивости транспортного минирования кораблями и авиацией ВМФ.
Ракетная система дистанционного минирования континентального базирования, подобная известным армейским системам:
- обеспечит постоянную готовность, возможность быстрого развертывания, оперативного перенацеливания и сосредоточения усилий на выявляемых направлениях и маршрутах сил противника, а также превентивного закрытия маршрутов и районов, подозрительных на возможность их использования противником, создания угрозы поражения корабельных сил агрессора во всех оперативно важных районах, независимо от их географии, доступности или недоступности для применения корабельных и авиационных сил общего назначения;
- обладает более высокой боевой устойчивостью, меньшими требованиями по всем видам обеспечения, затратам на базирование, содержание и применение;
- по известным оценкам многократно дешевле создания равноценных по возможностям минно-заградительных сил.
В сочетании с ударной ракетно-торпедной системой, РСДМ синтезирует боевую систему ВМФ, в которой ракетно-торпедная ударная система играет роль системы поражения «здесь и сейчас», ориентированной на реализацию стратегии сокрушения, а ракетная минная система дистанционного минирования - роль системы превентивного и долговременного воздействия, ориентированной на стратегию измора.
Ударная ракетно-торпедная система и морская минная система хорошо дополняют одна другую, используя известные факторы успеха в различных пропорциях (рис. 3).
Рис. 3. Качественная оценка долевого соотношения факторов успеха компонентов боевой системы ВМФ
Оперативная мобильность континентальной ракетной системы дистанционного минирования впервые выводит морское минное оружие из облика системы инертной, неповоротливой, создающей своим силам массу трудностей и опасность плавания, требующей больших затрат сил и времени. Взамен придавая ей весьма привлекательные черты системы оперативного управления военно-морской географией, системы, снимающей с сил флота бремя минных постановок, выполняющей задачу созданием лишь угрозы поражения.
Так морское минное оружие приобретает характеристики ракетной ударной системы.

Модель отражения агрессии с применением морской системы дистанционного минирования (рис. 4) выражает собой тот факт, что объектами применения РСДМ выступают силы агрессора, которые являются носителями стратегического потенциала, и одновременно потенциала морских сил общего назначения, преодолевающих противодействие морских сил общего назначения ВМФ России. Эта модель определяет место РСДМ в боевых действиях сил флота.
Вклад РСДМ в вооруженное противоборство, характеризующий ее роль в боевой системе ВМФ, состоит в степени снижения одновременно обоих потенциалов агрессора.
Морские минные заграждения, создаваемые с применением ракетной системы дистанционного минирования, с учетом современных и перспективных технологий, должны быть оперативно дистанционно управляемыми, с их произвольным переводом, по сигналам управляющего КП, из состояния «безопасно» в состояние «опасно» и обратно, а по окончании военных действий в состояние «ликвидация». Свобода плавания своих кораблей и судов в военное время и никаких послевоенных тралений!
Вместе с тем, следует учитывать концептуальный характер этого вывода, он дает лишь ориентир на главном направлении в отдаленной перспективе.
Корабельный флот России строить нужно. Как и победа, которая никогда не будет окончательной без солдатского сапога на территории противника, так и боевые действия на море и обеспечение безопасности морехозяйственной деятельности немыслимы без развитых сил флота. Рассматривать море лишь как боевое поле ракетно-минного оружия недопустимо. Но пропорции в средствах поражения, в данном случае в морских минах, должны изменяться от транспортируемых носителями традиционных мин к беспилотным средствам континентального базирования дистанционного минирования.
Представленные здесь выводы и предложения концептуального плана могут найти поддержку далеко не у всех читателей, вырваться из плена традиционных представлений бывает непросто. Однако надежда умирает последней! Non troppo tardi! Еще не поздно!

 
Разработка сайтов